| "Крупье": 1 декабря. 19:00. TV1000 Action |
| 01.12.09 |
 Даже самый стойкий крупье может стать заядлым картежником, если его подвергать искушению достаточно долго. В правоте этих слов легко убедиться, посмотрев психологическую драму "Крупье" с замечательным английским актером Клайвом Оуэном в главной роли.... Даже самый стойкий крупье может стать заядлым картежником, если его подвергать искушению достаточно долго. В этом легко убедиться, посмотрев психологическую драму "Крупье" с замечательным английским актером Клайвом Оуэном. в главной роли...По сюжету фильма, Джек Манфред — начинающий писатель, который, страдая от писательского блока, устраивается на работу крупье в казино, чтобы поддержать свои литературные амбиции. Джек наблюдает за игроками с тем же чувством холодной отстраненности, с каким относитсяк написанию своего романа. Он сам никогда не делает ставок, но когда соблазнительная красотка и завсегдатай казино вовлекают его в опасную, но потенциально выгодную аферу, Джек считает, что фортуна на его стороне. Он и не подозревает, что скоро соблазны игры увлекут его гораздо сильнее, чем он мог себе представить... Фильм «Крупье» позволяет заглянуть за завесу тайны игорного бизнеса: все прелести и секреты которого ярко показаны через непростые человеческие отношения, брошенные на алтарь азарта, жажды наживы и власти. Фильм был снят в 1998 году, когда актера Клайва Оуэна мир еще не знал, и столь потрясающей актерской игры от него не ожидали... Клайв Оуэн родился в 1964-м в Ковентри. Ему было три, когда его отец – умеренно успешный кантри-певец, вышел из дому и канул навсегда. Так что Клайва, как и четверых его братьев, воспитывал отчим – продавец билетов на железнодорожном вокзале. Он рос тихим домашним мальчиком – таких учителя обычно ставят в пример нормальным детям. До тех пор, пока не спутался с самодеятельным молодежным театром и не получил роль в постановке «Оливера Твиста». Первый же выход на сцену основательно перепахал Клайву мозги: он решил, что его ждет актерская судьба, и забил на учебу. «Я не из тех, кто мечтал о подмостках с младенчества. – Вспоминал он в интервью. - Я и сам не вполне понимал, что произошло. Просто я вдруг почувствовал: это - мое. И все остальное мне до лампочки». То, что Оуэн триумфально завалил все предметы, кроме английского, не прибавило ему популярности у учителей. Однажды, он прямо в классе заявил, что учиться ему не интересно, поскольку его ждут театральные подмостки. И ментор предложил ему показать на, что он способен – здесь и сейчас. Тринадцатилетний Оуэн читал что-то из Шекспира под хохот и улюлюканье одноклассников. Отовсюду в него летели огрызки, комки бумаги, канцелярские принадлежности. Преподаватель хохотал и улюлюкал громче всех, а поскольку с его кафедры открывался практически идеальный обзор, то и попадал он чаще других. Впрочем, были среди школьных учителей Клайва Оуэна и приличные люди. Один из них даже дал подростку денег на билет до Лондона, чтобы тот мог развить талант в столичной школе драматического искусства. Клайва приняли в театральную школу «Маунтвью». Впрочем, он вскоре разуверился в системе образования. «Я был уверен, что талант дается тебе при рождении. – Говорит он. - Богом, родителями или по чистой случайности. В любом случае, я не верил, что этому можно учиться». Вскоре Клайв Оуэн вернулся домой, полагая, что работа в Youth Theatre даст ему больше, чем любая учеба. В Ковентре его ожидала пара по-настоящему голодных и беспросветных лет. «В то время, - вспоминает Клайв, - я занимался тем, чем занималась добрая половина жителей Ковентри. Сутками напролет играл в пул, и ждал очередного сиротского чека от муниципалитета». Из-за постоянных поисков работы, Оуэн не успевал на репетиции. От театра он отбился, а работу так и не нашел. 1984-й, может, и не был похож на антиутопию Оруэлла, но в целом ситуация была вполне критической. Критической до такой степени, что Клайв наступил на горло своим принципам и подал документы в RADA - Королевскую академию драматического искусства, пожалуй, самую престижную школу актерского мастерства на планете. Первым сюрпризом для Клайва Оуэна стало то, что его приняли. Вторым – что учиться здесь было не только полезно, но и увлекательно. В RADA его окружали такие же помешанные на актерстве люди, сокурсником Клайва был, к примеру, Рэйф Файнс. Однажды класс Клайва задействовали в постановке пьесы Ховарда Баркера в «Royal Court Theatre» . Проходное практическое занятие обернулось для Оуэна баснословной удачей. Гари Олдман, который должен был играть в пьесе главную роль, сказался накануне премьеры больным. И Клайву предложили заменить Олдмена – на тот момент уже большую театральную знаменитость. «Это была чистая удача, конечно. – Говорит Оуэн. – Не думаю, что кто-то верил в то, что я смогу заменить Гари. Просто я был единственным человеком в мире, кроме него, кто знал текст». Не то, чтобы следующим утром он проснулся богатым и знаменитым. Но новичка заметили критики. Для Клайва Оуэна настало время попробовать на прочность киноиндустрию. Его кинодебют - лента Бибена Кидрона «Vroom» (непереводимое это слово означает звук, с которым работает мощный автомобильный мотор) – получился вполне бесславным: он не собрал ни кассы, ни приличных рецензий. Оуэн сделал ставку на ТВ и не прогадал: запущенный в 90-м сериал Chancer (еще один труднопереводимый термин, на этот раз, из судопроизводства) делает его знаменитостью национального калибра. Широкоэкранный успех пришел к нему лишь в 99-м, когда малобюджетный нуар Майка Ходжеса «Крупье» неожиданно стал хитом в США. Невозмутимый, скупой на мимику и эмоции Оуэн пленил американцев, как когда-то другой «ставленник» Ходжеса – звезда оригинального «Достать Картера» Майкл Кейн. О Клайве заговорили, как о наиболее вероятном претенденте на приз Киноакадемии. Ленту сняли с «оскаровского» голосования из-за того, что ее раньше времени показали на британском ТВ. Но двери в Голливуд для Оуэна, так или иначе, были открыты. Несколько причин любить Клайва Оуэна Клайв Оуэн никогда не пользовался своей мыльнооперной славой. Опасаясь, что из-за успеха Chancer к нему навсегда приклеится «героическое» амплуа, он уволился из рейтингового сериала, и затаился на два года. А вернувшись, принялся «душить» в себе героя – играл гея, играл парня, который спит с собственной сестрой, пренебрегал выгодными рекламными контрактами (сделав исключение для незабвенных короткометражек о приключениях BMW). Оуэн оказал жанровому кинематографу неоценимую услугу, спровоцировав новый виток моды на «героя с червоточиной». Как знать, возможно, если бы не популярность Оуэна, у нас не было бы такого дивного Джеймса Бонда, как Дэниел Крэйг. Клайв Оуэн – самозабвенный футбольный фанат, он яростно болеет за «Ливерпуль». Журналисты даже вывели закономерность: шансы на хорошее интервью резко повышаются, если «Ливерпуль» выиграл накануне. И падают практически до нуля, если его однофамилец Майкл Оуэн не забил важный гол. Клайв Оуэн – большой меломан. Если для него есть что-то важнее футбола, то это Дэвид Боуи. Когда в 70-е Боуи менял прическу с каждым новым альбомом, Оуэн красился в точно такой же цвет, как и его кумир. «Не знаю почему, - рассказывает Клайв, - но он способен влиять на меня, как никто другой. Было бы неправдой утверждать, что у меня есть большая часть записей Боуи. У меня есть абсолютно ВСЕ!». источник: http://kino.open.ua/k_publications/pubtop/4513.html |